Медиация в России: история и современность

В последние годы значимым направлением исследований в рамках процессуально-правовой науки и устойчивым трендом развития судопроизводства является содействие мирному урегулированию споров при отправлении правосудия. Такой подход позволяет рассматривать правосудие не просто как одну из форм осуществления публичной власти, но и как сферу совместного приложения усилий государства в лице судебных органов и гражданского общества по обеспечению законности и восстановлению правопорядка. 

Конституция Российской Федерации устанавливает в ч. 5 ст. 32 право граждан участвовать в осуществлении правосудия. Поэтому реализация конституционного права на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ) предполагает окончание процесса не только вынесением судебного решения, но и возможностью разрешения конфликта и его завершения мирным путем. Распространение примирительных процедур как в России, так и на международном уровне способствует справедливому и эффективному разрешению, прежде всего, частноправовых споров. По сравнению с традиционными способами правовой защиты примирительные процедуры обладают преимуществами, выступая действенным инструментом снижения нагрузки на суды, ускорения и упрощения разрешения споров, облегчения доступа к правосудию, урегулирования разногласий между конфликтующими сторонами без вмешательства государства в качестве посредника [1, с. 33].

Тема использования альтернативных (внесудебных) методов разрешения споров в отечественной государственно-правовой практике не нова. По мере становления в России институтов гражданского общества в его либеральном конституционном измерении уже с середины XIX в. идея внедрения примирительных процедур получает довольно широкое распространение. Активизация подобного рода процессов связана с судебно-правовой реформой середины XIX в. и появлением в Уставе гражданского судопроизводства от 20 ноября 1864 г. главы «О примирительном разбирательстве» [2, с. 108].

При этом нельзя утверждать, что институт примирительных процедур вовсе не был знаком Российскому государству до середины XIX в. [3, с. 114–116]. С определенной долей условности зачатки института посредничества можно отыскать уже в период XIII–XIV вв. В юридической литературе представителей духовенства иногда предлагают рассматривать в качестве своеобразных «медиаторов» [4, с. 26–29; 5, с. 152–154], аргументируя такую исследовательскую позицию их посреднической, миротворческой ролью в разрешении перманентных феодальных междоусобиц того времени. В Новгородской берестяной грамоте, которая датируется периодом между 1281 и 1313 гг., и Псковской судной грамоте 1397 г. содержались статьи, так или иначе регламентирующие мирное урегулирование споров. Например, в Псковской судебной грамоте использовались выражения «урядиться», «мировой ряд» («рядцы»), «смолвити», которые, по сути, обозначают оформление мировой записи, составленной в присутствии свидетелей, указывают на определенную степень формализации процесса заключения мировых соглашений уже в те далекие времена, подчеркивают важность участия непредвзятых свидетелей при подтверждении этого соглашения, напоминают отчасти современную процедуру медиации. Как отмечал известный наш отечественный правовед А. П. Куницын, «судить – значит рассматривать дело по всей строгости закона. Рядить и уряжать – значит договариваться, примирять» [6].

Соборным уложением 1649 г. официально признан государством накопленный к тому времени значительный опыт третейского разбирательства и придана сила решениям третейских судов (гл. XV) [7, с. 27]. Упомянутые и некоторые другие документы, представляя собой ценные памятники истории правовой культуры нашего государства, не только подтверждают факт наличия примирительных процедур, но и дают представление о том, каким образом осуществлялись и оформлялись примирительные процедуры в средневековой Руси. Однако необходимо отметить одну важную особенность, предпосылку обращения конфликтующих сторон к примирительным процедурам, характерную для эпохи Средневековья в отличие от последующих периодов истории Российского государства. На этом историческом этапе речь, естественно, еще не идет о выборе альтернативных государственным институтов гражданского общества в лице вече, земств и т.п. Использование примирительных процедур обусловлено, прежде всего, доминированием традиционных религиозных духовно-нравственных ценностей и стереотипов, выражающихся в поощрении смирения, миролюбивости, стремления окончить спор миром без обращения к имевшимся тогда «квазисудебным» органам власти.

В Новое время, в период правления Екатерины II, учреждены совестные суды (впоследствии в ходе судебной реформы замененные на мировые суды) для защиты гражданских прав, основанные на принципе «естественной справедливости» (1775 г.). Производство в совестных судах хотя и осуществлялось на основе государственных законов, но, по существу, происходило в порядке примирительной процедуры: основная задача совестного суда сводилась к убеждению спорящих сторон заключить договор на справедливых с точки зрения религиозно-нравственных ценностей условиях. На рубеже XVIII–XIX вв. в унисон с практикой цивилизованных стран Европы в России идет процесс развития законодательства и юридической мысли о примирительных процедурах [8, с. 41].

Тем не менее период становления примирительных процедур (1281–1864 гг.) – не более чем предтеча появления полноценного регулирования примирительных процедур в Уставе гражданского судопроизводства от 20 ноября 1864 г., согласно которому спорящие стороны получили возможность по взаимному соглашению прекратить процесс. Судебное дело, оконченное мировой сделкой, считалось навсегда законченным и не могло быть возобновлено (ст. 1366 Устава гражданского судопроизводства). 

После Октябрьской революции Советское государство по объективным причинам отходит от прежних правовых традиций, начинается формирование нового советского права. В этот период примирительные процедуры использовались преимущественно в сферах внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности государства, т.е. дипломатических отношений, природа которых априори заключается в посредничестве, переговорах, взаимных уступках и компромиссах. Еще одной сферой, в которой существовала возможность выбора альтернативных (внесудебных) методов разрешения споров, являлась сфера трудовых конфликтов, где функционировали Примирительные комиссии, создаваемые при Народном комиссариате труда. Советское государство являлось социалистическим, и существование таких Примирительных комиссий было органичным отражением государственной социальной политики.

Первым постреволюционным актом, регламентирующим отдельные примирительные процедуры (в частности, заключение мирового соглашения), стал Гражданский процессуальный кодекс РСФСР, принятый ВЦИК 10 июля 1923 г. В отношении хозяйствующих субъектов на основании Постановления СТО РСФСР от 14 марта 1923 г. «Правила производства дел в Высшей Арбитражной комиссии при Совете Труда и Обороны (СТО) и местных арбитражных комиссиях» примирительные процедуры используются в арбитражных процессах. Возможность урегулировать спор по собственному усмотрению сторон с помощью примирительных процедур – одно из проявлений начал самоуправления и свободы гражданского общества. Ограничение свободы предполагает тотальный государственный контроль за общественной жизнью. Здесь работает физический закон «сообщающихся сосудов». Исключение могут составлять, пожалуй, семейные споры, «бытовые» и иные сделки на незначительные суммы, которые не затрагивают публичных интересов, но до известных пределов.

По-настоящему серьезная, качественная модернизация в эволюции института примирительных процедур еще впереди. Отдельные изменения в советское время связаны с периодом «хрущевской оттепели», определенной либерализацией государственно-правовой системы после «разве